Об одном Чаусе и двух президентах

За Николаем Чаусом еще до молдовских странствий закрепилась слава «ручного судьи», сверхчувствительно относящегося к пожеланиям Банковой: освящение атак на объекты недвижимости, индульгенция Юре Енакиевскому, арест Геннадия Корбана — далеко не полный перечень неоднозначных решений.

В августе 2016 года судья Днепровского районного суда г. Киева Н.Чаус был уличен НАБУ в получении неправомерной выгоды в размере 150 тыс. долл. США. Вскоре одиозный судья «всплыл» в Молдове, куда его, по информации многих источников, переправили влиятельные покровители из близкого окружения тогдашнего президента Украины Петра Порошенко. Обстоятельства переправки Чауса из Украины в Молдову уже долгое время выясняет ГБР. Многие признаки свидетельствуют о том, что вывезли Чауса в соседнее государство с участием украинских спецслужб.

В начале апреля с. г. стало известно об исчезновении Чауса уже в Молдове: среди бела дня в Кишиневе его захватили неизвестные и вывезли с территории этого государства. И сразу все дружно заговорили о причастности к этому представителей украинских спецслужб, которые провели спецоперацию по возвращению Чауса в Украину.

Почти через полтора месяца в СБУ сообщили, что открыли уголовное производство по фактам похищения экс-судьи Чауса и незаконной переправки его через государственную границу (ст. 146 и ст. 332 УК Украины). Давайте поразмышляем, зачем с таким опозданием открыли это производство.

Прежде всего, очевидно, запоздалое открытие уголовного производства по факту похищения бывшего судьи Н.Чауса обусловлено тем, что дальше тянуть с этим решением не могли, учитывая общественно-политический и международный резонанс похищения, а также многочисленные публикации в СМИ, заявления политиков, развитие событий в Республике Молдова и т. п. К тому же власти всегда прибегают к таким решениям, когда хотят взять под контроль важный для себя процесс с политическим подтекстом и направить его в нужное русло.

Показательный пример — дело «вагнеровцев». Офис генерального прокурора открыл уголовное производство по этому делу только тогда, когда стало ясно, что процесс выяснения ситуации по операции с «вагнеровцами» и роли в ней Украины выходит из-под контроля властей и становится реально угрожающим для них.

В случае с экс-судьей Чаусом наблюдается четкая аналогия. Сообщения о похищении Чауса появились в СМИ в начале апреля, а предусмотренная законом правовая реакция со стороны правоохранительных органов Украины наступила всего несколько дней назад. Хотя они должны были отреагировать мгновенно, после того, как факт похищения и вывоза Чауса из Молдовы подтвердила молдовская сторона. Тем более что еще 12 апреля по факту похищения Чауса, как утверждают его адвокаты, в правоохранительные органы Украины было подано соответствующее заявление о совершении преступления. Однако вместо предусмотренных законом 24 часов украинские власти больше месяца решали, как им лучше выйти из «пикантной», во всех смыслах, ситуации.

Открытием этого уголовного производства отечественные власти показывают нашему обществу и миру, что, хоть и с опозданием, формально они реагируют на факт похищения гражданина Украины, который получил международный резонанс и может повлечь за собой крайне негативные последствия для двусторонних и международных отношений Украины. При этом власти «загоняют» процесс выяснения обстоятельств этого факта в «прокрустово ложе» уголовного производства, что дает возможность управлять им в зависимости от развития ситуации с Чаусом. А еще — таким образом они предотвращают утечку информации от лиц, причастных к проводимой спецоперации или обладающих сведениями о ней. Чтобы «закрыть им рот», достаточно допросить их как свидетелей в рамках этого производства об известных им обстоятельствах похищения Чауса и предупредить допрошенных об уголовной ответственности за разглашение данных досудебного расследования.

Даже та информация о захвате Чауса и вывозе его из Молдовы, которая стала известна из СМИ, свидетельствует о вероятной причастности к этим событиям представителей украинских спецслужб. Здесь следует отметить, что такого рода спецоперации проводятся только с санкции политического руководства государства.

Судя по обнародованной информации, эта спецоперация (вопрос ее правовой оценки требует отдельного рассмотрения) была спланирована и реализована бестолково. Все указывает на крайне низкий профессиональный уровень ее руководителей и исполнителей: так «наследить» могли только непрофессионалы. Но это — закономерный результат нынешнего подхода к кадровой политике, когда ставка делается не просто на политически лояльные и лично преданные «кадры», а зачастую — на людей, вообще случайных для правоохранительной системы или спецслужбы. При том же Порошенко, также делавшем ставку на «своих», профессиональный уровень спецслужб был выше. То, что правоохранительная система, вопреки большому политическому желанию, до сих пор не смогла сообщить кому-либо о подозрении в причастности к переправке судьи Чауса из Украины в Молдову, свидетельствует, что тогда спецслужбы сработали изящнее.

Кроме всего прочего, это еще и показывает, что в отношении политического руководства государства к спецслужбам и в понимании их роли ничего не изменилось. Сходство ситуаций «вывоза» и «ввоза» Чауса — в том, что отечественные спецслужбы использовались и используются для решения политико-частных вопросов: они работают на обеспечение персональных интересов лиц, занимающих высшие государственные должности. Собственно, речь идет о служебных злоупотреблениях лиц, наделенных властными полномочиями использовать такие возможности спецслужб.

Очевидно, что в обоих этих случаях международное «перемещение» Чауса осуществлялось не в государственных интересах. Цель вывоза подозреваемого во взяточничестве судьи из Украины в Молдову была спасти его самого от уголовного преследования и обезопасить его высоких покровителей. Известно, что судья Чаус считался креатурой народного депутата Александра Грановского, который входил в ближайшее окружение президента Порошенко и вел «узкие» вопросы судебной системы и правоохранительного блока. Можно сказать, что судья Чаус — это плод «судебной реформы» Филатова—Грановского. Поэтому в вывозе его от греха подальше было заинтересовано тогдашнее политическое руководство, а проведение самой операции «спасти судью Чауса», учитывая ее важность, могли поручить самым доверенным лицам. Кстати, после уличения в получении неправомерной выгоды Чаус до последнего надеялся, что влиятельные покровители решат его проблему на месте — в Украине.

В то же время в возвращении Чауса в Украину может быть заинтересовано нынешнее политическое руководство, поскольку это дает возможность для прямого выхода на подозрение Порошенко: если бы судья-беглец свидетельствовал о том, что его нелегально вывезли в Молдову по распоряжению тогдашнего президента либо с его ведома. Кроме того, обличительные показания Чауса об обстоятельствах его вывоза в Молдову при участии представителей украинских спецслужб можно было бы использовать для общественной дискредитации должностных лиц, считающихся главными спикерами по операции «вагнеровцев» в анонсированном фильме расследователей Bellingcat. А это для известных представителей действующей власти чрезвычайно важно.

Общая «заслуга» предыдущей и нынешней власти то, что в результате таких их действий подозреваемый в «банальном» взяточничестве судья Чаус превратился в важный фактор внутренней и международной политики Украины. Этот фактор объединил две политические противоположности — Порошенко и Зеленского. И для президентской деятельности обоих «судья Чаус» уже стал знаковой фигурой.

Нельзя исключать и того, что одна из главных задач начатого уголовного производства по факту похищения Чауса — прикрыть и обелить организаторов и руководителей этой спецоперации. Учитывая переменчивую политическую ситуацию в Украине, они абсолютно не застрахованы от ответственности за свои действия и решения. Тем более если начнут «говорить» вероятные исполнители спецоперации, часть которых уже «засветили» СМИ и которые в условиях нестабильного политического режима явно не могут чувствовать себя защищенными. В интересах своей защиты исполнители могут пойти на сотрудничество со следствием, на заключение соответствующих соглашений с ним, раскрывая информацию как об обстоятельствах спецоперации, так и о ее организаторах. Политическое руководство государства, в сфере полномочий которого находятся спецслужбы, должно понимать, что при таких обстоятельствах ниточки потянутся на самый верх.

Ситуацию осложняет то, что за политическое и юридическое расследование похищения Чауса в Кишиневе и нелегального вывоза его из Молдовы взялись молдовские правоохранительные органы, политики и журналисты. Практически не вызывает сомнений, что похищали и вывозили Чауса из Молдовы (как и ввозили его в Молдову) с согласия спецслужб Республики Молдова, которые по меньшей мере были проинформированы о такой спецоперации. Во-первых, по неписаным правилам, спецслужбы разных стран обязательно согласовывают между собой проведение подобных спецопераций на территории другой страны (конечно, если такие операции не направлены против другого государства). Во-вторых, если бы спецслужбы Молдовы ни сном ни духом не ведали о похищении и вывозе Чауса, то политико-дипломатическая реакция молдовской стороны была бы принципиально иной.

Но следует понимать, что договоренность между одними «родами войск» не гарантирует от проведения расследования другими, еще и фактически контролируемыми старой молдовской властью. Поэтому сложно прогнозировать, на какой результат расследования выйдут в Молдове. Но от него напрямую зависит ситуация с расследованием в Украине. Не исключено, что именно результаты молдовского расследования (ставшие известными руководству Украины благодаря усилиям спецслужб и дипломатов) подтолкнули к собственному уголовному производству, поскольку это, помимо прочего, дает возможность для маневра (ссылаясь на тайну досудебного следствия) при выполнении запросов молдовской стороны о допросах определенных лиц либо предоставлении определенной информации.

Судя по всему, организаторы похищения и вывоза Чауса пока озабочены главным — что делать с «потерпевшим», поскольку рано или поздно об обстоятельствах спецоперации и местонахождении Чауса станет известно. То, что Чаус до сих пор не появился на людях, означает одно: организаторы его похищения не придумали приемлемого для себя способа его легализации. Первоначальная легенда появления Чауса в Украине явно не сработала — что-то пошло не так. Поэтому «похитители» должны были бы трудиться над разработкой новой истории легализации Чауса — в Украине, в Молдове (как вариант — на украино-молдавской границе) или в любой другой стране. Способ и обстоятельства легализации «похищенного» напрямую зависят от его состояния, согласия/несогласия сотрудничать с «похитителями» в их интересах, результатов молдовского расследования, ситуации с исполнителями похищения, политической конъюнктуры и т. п. Период неопределенности о месте его пребывания и состояния слишком затянулся. Пора ему лично «засветиться» публично или выдать обществу официальную информацию о его местонахождении. Организаторы похищения Чауса хорошо это понимают и в ближайшее время должны реализовать свой план по его легализации.

Такой план может включать разные варианты. Если будут достигнуты соответствующие договоренности, экс-судья может предстать перед обществом как потерпевший от нападения обычных преступников или рассказать историю о добровольном возвращении на родину, чтобы после многолетних зарубежных скитаний предстать перед судом. Может быть разыграна версия о российском следе в этой истории (отечественные власти любят такое практиковать). Как ни парадоксально, но в этой версии украинским властям вполне может подыграть путинский режим. Не стоит забывать, что чиновники нашего государства всегда (в т. ч. в условиях войны) имели с руководством России неафишируемые отношения.

Наконец, частью операции по легализации Чауса может быть открытое уголовное производство по его похищению и нелегальному вывозу из Молдовы. В процессе такой легализации из пострадавшего в этом деле он может стать подозреваемым в незаконном пересечении государственной границы Украины (ст. 332-2 УК Украины), расследование которого относится к подследственности СБУ. Это позволит держать его под контролем СБУ и не передавать НАБУ, в свое время объявившему взяточника в международный розыск. Кстати, такой розыск предусматривает направление усилий на поиск подозреваемого с учетом имеющейся информации о его возможном местонахождении. Следует понимать, что, поскольку НАБУ не сообщает о местонахождении Чауса, оно ему пока неизвестно.

Возможны и другие, в т. ч. значительно худшие, сценарии развития событий…

Эта, однозначно, позорная для Украины история должна как можно скорее прийти к логическому завершению, с надлежащей правовой оценкой действий всех, кто к ней причастен. Официальное расследование должно дать обществу ответы на ключевые вопросы спецоперации по похищению и нелегальному вывозу судьи-беглеца. Зачем именно так пришлось вывозить Чауса из Молдовы, если уже в ближайшее время вернуть его в Украину можно было путем экстрадиции? Кому и чем в Украине настолько важен обвиняемый в «обычном» взяточничестве бывший судья, чтобы идти на такую авантюрную спецоперацию международного масштаба?

Главное в политически ангажированном расследовании — не выйти случайно на самого себя.

 

Добавить комментарий

%d такие блоггеры, как: